«Калейдоскоп» Санкт-Петербург ( 1997 год )


Когда-то “Секрет” был бит-квартетом, потом трио, теперь стал просто группой, объединившей матерых “секретовцев” Андрея Заблудовского и Алексея Мурашева плюс трех новых музыкантов.Николай Фоменко нынче существует сам по себе, блистает на телевидении и в драматическом театре. Группа с ним рассталась (или он расстался с группой?) по ряду объективных и субъективных причин. Одной из них секретовцы называют то, что у Николая просто не хватало времени на группу. Так что, дело, начатое почти 14 лет назад, теперь продолжают Андрей и Алексей.

Начиная концерт в клубе “Гигант-холл”Андрей Заблудовский обрисовал ситуацию одной фразой: “Остальные в телепередачах”.

— Вам не обидно, что каждый раз после изменения состава группы вам приходится в каком-то смысле начинать все заново?

Заблудовский: Обидно, что каждый раз приходится оправдываться.

— В прессе мелькала информация, что, несмотря на все свои разногласия, вы все-таки планируете юбилейные концерты объединенного “Секрета”. Вам не кажется, что таким образом вы обманываете публику? Ведь разбитую чашку не склеишь.

З: Публику никто не обманывает. Я считаю, что мы прекрасно бы сыграли в два отделения с Максимом Леонидовым, с которым у нас, кстати, замечательные отношения.

(Подтверждением этих слов Андрея было появление Леонидова на концерте в “Гигант-холле”. Вместе с нынешним “Секретом” Максим исполнил песню “Алиса”. – Прим.ред.)

— А как же Фоменко? Неужели он принимать участие в этом проекте не будет?

З: Мы с Максом позвонили Коле Фоменко и предложили такую идею. Он дал согласие. Правда, предлагали мы ее на конец декабря. К сожалению, это не вышло. Но проект никто не отвергает. Мы планируем еще и третье отделение юбилейного концерта, где могли бы выйти вчетвером и сыграть наши старые песни.

— На концертах в ночных клубах вы всегда работаете живьем?

З: Практически, да. Если это не сборные концерты, не проходные выступления на три-четыре песни. Они чаще всего проходят под инструментальную фонограмму.

— На сей счет среди артистов бытует мнение: зачем рвать душу в ночных клубах, если публика приходит туда поесть и поразвлечься, а музыка воспринимается как гарнир…

З: Чаще всего так и бывает. Но, как мне кажется, большая заслуга артиста, если ему удалось завести народ и оторвать его от еды. Это, конечно, не всякий может. Но за что тогда деньги получаем?

— Прежде многие интервью, которые давал “Секрет”, проходили под девизом: “В конце концов мне дела нету, решишь ли ты, что я с приветом иль нет”. Сейчас вы заметно посерьезнели. Или это только кажется?

З: Ну нельзя же всю жизнь находиться в состоянии мальчиков.

— Возраст вас так тяготит, обязывает?

З: Это связано и с возрастом, и вообще с происходящим в мире. Например, после 91-го года я стал активно смотреть и слушать новости. Это до сих пор со мной продолжается. У меня в какой-то степени даже болезнь: мания включения телевизора. В 17.00 – “Вести”, 18.00 – “Новости”, 19.00 – “Сегодня”, 20.00 – опять “Вести” и т.д.

— Когда же удается работать?

З: В промежутках. По полчаса между передачами. Ну это, конечно, шутка. Не так часто мы смотрим телевизор, но новости действительно любим.

— Раньше вокруг “Секрета” ходило много всяких слухов, баек. Поговаривали, что Леша Мурашев был в детстве очень примерным мальчиком, а Андрея Заблудовского напротив выгнали за драку из школы.

З: Однозначно, правда.

Мурашев: Я в садике стартовал как примерный мальчик. Был награжден за хорошее поведение почетным шлемом космонавта. А в 8-м классе финишировал.

— Сейчас это соотношение в коллективе остается?

М: Да, я частенько приструняю Андрея. Самое приятное, что он приструняется.

З: Когда у нас возникают творческие разногласия, мы топаем ногами, орем друг на друга, не разговариваем по полчаса. Но это быстро проходит. Все ответственные решения принимаем сообща. Сидим впятером в Москве на кухне и обсуждаем какие-то вопросы.

— Чья московская кухня служит вам местом сборищ?

З: Кухня наша! Мы все вместе снимаем в Москве квартиру, чтобы было, где бросить уставшие тела. Сейчас не до жиру. Вот раскрутимся и будем снимать пять квартир, желательно, в одном районе. Начнем друг к другу в гости ходить.

— Андрей, вы как-то говорили в интервью, что после ухода из коллектива Максима Леонидова у вас была масса финансовых проблем и вам даже по ночам приходилось халтурить на машине. После разрыва с Фоменко таких проблем не возникало?

З: Нет. За время работы с Фоменко я сделал себе определенную базу, определенное имя.

— Какое-то время на Петроградской стороне в Питере существовал магазин под названием “Секрет”. Какое вы имели к нему отношение?

З: Чисто номинальное – по названию. Это была инициатива человека, который сейчас проживает в Израиле. После ухода Макса он пытался нам помогать. Открыл магазин, но мы ничего с этого не имели.

— Как у “Секрета” складываются отношения с “новыми русскими”? Многие артисты рассказывают о влиятельных людях, стоящих за ними.

З: У нас вполне достаточно таких людей. Единственное, мы у них пока что умудрились не взять денег. Наши отношения строятся только на дружеской основе.

— Возвращаясь в прошлое. Как возник в середине 80-х образ мальчиков в костюмах и красных галстуках, чем запомнился “Секрет”?

З: Нам изначально хотелось надеть галстуки. Мы подумали, что если будем в черных галстуках, это будет банально. Тогда все выступали в черных галстуках. И тогда мы решили, что галстуки революционного красного цвета будут символизировать ту революцию, которую совершит “Секрет” в этом мире.

— А почему вы были такими пай-мальчиками?

З: Тогда все вокруг были с чем-то на голове, а пай-мальчиков не было. И сейчас нет. Группа “На-На”? Они тоже не пай-мальчики. Они достаточно экстравагантны.

— Между “Секретом” и “На-На” часто проводят параллели. Какие у вас отношения?

З: Никаких. Проводят параллели только потому, что Бари Алибасов взял ту же модель, что и у нас. Но он смог раскрутить ее до более высокого уровня, нежели это удалось нам. Еще они песню “Привет” исполняют, потому что Дмитрий Рубин (Автор текста песни. – Е.Л.) в свое время продал ее Бари Алибасову. Еще Женя Белоусов ее в “Интеграле” исполнял.

— Перед концертом вам в гримерку принесли “Мартини”. Это традиционный напиток?

З: Это тот напиток, который может в данный момент не ударить в голову. Более крепкие напитки действуют на организм сложнее. Мы любим красное вино.

— А водку?

З: Наш коллектив в последнее время отказался от водки. Один человек сказал, что она “скотинит и зверит”. Она и нас, бывало, “скотинила”.

— Тем более что вы за рулем. Кстати, очередная байка про “Секрет”, мол, друзья подарили Леше Мурашеву “Волгу”, но он, как приверженец общественного транспорта, так на ней и не поездил, оставив гнить под окнами дома.

З: Я отвечу за Лешу. Это был не подарок. Он купил ее за собственные деньги лет 8 назад. Она действительно гнила у него под окнами. В результате прохожие стали ее растаскивать на запчасти, и Леша решил, что лучше продать, чем раздавать направо и налево. Он не любит сидеть за рулем, он любит, чтобы его возили. Ему надо либо нанять личного шофера, либо ездить в общественном транспорте. На первое у Леши пока денег не хватает. Так что чаще всего в качестве шофера выступаю я.

Е. Леонов.